Верховный Суд о залоге единственного жилья должника

Разбираю судебную практику через призму логики решений — без воды, только то, что работает в заседании. Фокус на банкротстве и процессуальных тонкостях: что проверяют суды, какие ошибки встречаются и как их избежать. Даю алгоритмы рассуждений и аргументы, на которые опирается Верховный Суд.

залогединственное жильёфинансовый управляющий

🧩 Ситуация

Гражданка Сухомлинова Г.С. признана банкротом, введена процедура реализации имущества, утверждён финансовый управляющий.

Уже после введения реализации (28.10.2023) должник, её супруг и сын заключили у нотариуса договор займа на 1 300 000 руб. и передали в залог квартиру, находящуюся в общей долевой собственности (по 1/3 доли каждому). В квартире зарегистрированы все трое.

Финансовый управляющий потребовал признать договор займа/залога недействительным в части 1/3 доли должника, ссылаясь на то, что сделка совершена без его согласия (п. 5 ст. 213.25 Закона о банкротстве).

🔻 Процессуальная история

  • Первая инстанция: признала залог недействительным в части доли должника.
  • Апелляция и округ: поддержали выводы.
  • Верховный Суд РФ: отменил акты и отказал в удовлетворении заявления управляющего.

Как должны рассуждать суды

📌 Единственное жильё (не ипотека) исключается из конкурсной массы во внесудебном порядке

ВС напомнил: вопрос о том, относится ли жильё к имуществу, на которое нельзя обращать взыскание (ст. 446 ГПК РФ), решает финансовый управляющий самостоятельно. Суд вмешивается только при наличии разногласий (п. 1 ППВС № 48 от 25.12.2018).

📌 Ограничение на сделки должника без управляющего действует только для конкурсной массы

Ничтожность «личных» сделок должника без участия управляющего (абз. 2–3 п. 5 ст. 213.25) относится только к имуществу, составляющему конкурсную массу.

Если имущество не входит в конкурсную массу, то:

  • ❌ у управляющего нет полномочий распоряжения;
  • ❌ следовательно, нельзя квалифицировать сделку как ничтожную «из-за отсутствия согласия управляющего».

📌 В этом деле управляющий сам признавал, что квартира - единственное жильё

ВС указал на ключевую фактуру: из описи имущества и отчётов управляющего следует, что иного имущества не выявлено, а в отчёте управляющий прямо написал, что квартира «являясь единственным жилым помещением, не подлежит включению в конкурсную массу».

Значит, управляющий был заведомо осведомлён, что квартира соответствует критериям ст. 446 ГПК РФ (и не является ипотекой), а потому:

  • ✅ не имел права распоряжаться этим активом;
  • ✅ не мог ссылаться на п. 5 ст. 213.25 как на основание ничтожности;
  • ✅ его заявление об оспаривании залога удовлетворению не подлежит.

🧠 Итог: если жильё должника обладает исполнительским иммунитетом (единственное пригодное для проживания и не предмет ипотеки):

  • ✅ оно исключается из конкурсной массы;
  • ✅ должник вправе совершать сделки с таким имуществом без «согласия» финансового управляющего;
  • ❌ управляющий не может оспаривать такие сделки по логике «не согласовано с управляющим», потому что его полномочия распространяются только на конкурсную массу.

Читайте так же

·исполнительский иммунитет

ВС о иммунитете остатка от продажи единственного жилья

Разбор дела № А41-67743/2021: ВС признал, что остаток от продажи единственного ипотечного жилья обладает исполнительским иммунитетом и не должен автоматически идти незалоговым кредиторам.

Читать публикацию