"Головой все понимаю, но заставить себя отдыхать не могу" - примерно так можно описать это состояние. Когда вот они очевидные возможности: прогуляться, полежать, сходить на массаж, почитать давно отложенную книжку, но вместо предвкушения и радости эти мысли вызывают... ничего. Или даже легкую досаду или отвращение.
Это не лень, а работа мощных внутренних защитных механизмов. Для них отдых не естественное восстановление после расходования сил, а угроза. И противостоят этому процессу устоявшиеся системы убеждений, глубокие личные травмы, страхи и системные лояльности.
Если ваши предки выживали, трудились без устали, страдали, то ваше право на отдых, удовольствие и более лёгкое существование может ощущаться как предательство. Подсознательно кажется: «Если я позволю себе то, чего были лишены они, я перестану быть частью своего рода». Отдых становится изменой и предательством ценностей.
Делу есть время, а час потехи не наступает. Возможно, ещё и потому, что отдых старших родных был связан с алкоголем, пьянки, буйными выходками. Или отдых - это пахота на огороде до изнеможения. Или отдых - уйти в болезнь или депрессию, или обидеться на всех и игнорировать. Найти свою личную слепленность самостоятельно бывает нелегко.
Отдых относится к процессу «брать». Брать время, энергию, заботу для себя. Если в родовой системе царила аскеза, бедность или жертвенность («сначала другим, а себе в последнюю очередь, если дойдет, ведь мне много и не надо»), то во взрослом возрасте может действовать невидимый запрет: «Ты не имеешь права брать просто так. Ты должен все заслужить, оплатить трудом и страданием». Получить что-то без усилия нарушение родового сценария построения отношений.
В родовых сценариях также есть важная составляющая, - идентичность. Она строится через несколько компонентов: героизм, сверх силу и страдание. Причем без последнего нельзя. Страдание становится стержнем личности, основой самоуважения. "А кто я, если никому не помогаю? Я ведь могу".
В такой идентичности одновременно присутствует надежда: " Если я помогу им, они когда-то помогут мне", а также представление о собственной бескрайней силе и страх оказаться обычным, ничем не выдающимся человеком.