О чем думает человек, в одиночестве дожидающегося изгнания? Вряд ли его терзает лишь страх...
Хью Хауи (Укрытие. Книга 1. Иллюзия)
Это история о женщине, которая когда-то открыла дверь и позволила кому-то войти. Ей казалось, что теперь в квартире всегда будет тепло и уютно, но однажды этот кто-то вышел, хлопнув дверью так, что со стен посыпалась штукатурка.
С тех пор в её пространстве стало очень тихо.
Сначала она плакала. Потом злилась. А потом прибралась — выкинула всё, что напоминало о нём, заодно выбросив и саму идею, что кто-то ещё когда-нибудь переступит её порог. Теперь в её доме царят стерильная чистота и абсолютный порядок. Ни одной лишней вещи, ни одной забытой чашки на столе.
Она смотрит на других мужчин и видит в них не людей, а потенциальную угрозу. Они для неё — «чучела», муляжи, пустые оболочки, которые только притворяются живыми и тёплыми, но внутри у них холод и желание однажды сделать больно. Она научилась видеть это ещё до того, как они успевают представиться. Её взгляд стал скальпелем, препарирующим любого, кто приближается, вскрывающим изъяны как консервную банку с зеленым горошком мозговых сортов.
Внешне она спокойна и самодостаточна. Она работает, занимается фитнесом, иногда встречается с подругами. Но между ней и миром натянута невидимая колючая проволока, по которой пущен электрический ток высокого напряжения. Табличка на этой колючей проволоке предупреждает: «Хода нет. Опасно!».
Глубоко внутри, под слоем защит, живёт усталая девушка, которая очень боится, что её снова разлюбят. Но эта девушка надёжно заперта в подвале. Вместо неё по квартире ходит та, кто громче всех заявляет: «Мне никто больше не нужен», — чтобы никто не догадался, как сильно когда-то ей был нужен всего один человек, и какую глубокую яму он оставил после своего ухода.
Эти слова звучат очень горько, и за ними чувствуется не просто желание независимости, а усталость от боли:
«Я не хочу, чтобы у меня по квартире ходило какое-то чучело, в которое я могу влюбиться, а потом он меня бросит. Лучше я буду одна, теперь мне никто не нужен.»
Фраза про «чучело» — это наисильнейшая защита. Когда так говорят, то как будто надевают броню из жестких убеждений и холодной убежденности: «Я заранее обесценю любого, кто может мне понравиться, чтобы не было больно, если он уйдет».
Защита эта едва прикрыта декларацией, что жить в одиночестве теперь стало удобно.
Попробуйте сказать себе честно, что когда произносится: «никто не нужен» — то это чаще всего не про счастье быть в одиночестве, а про страх, что снова может быть больно.
Когда так говорят, то скорее всего находятся в таком состоянии, когда хочется захлопнуть дверь и никого больше не впускать вообще и никогда, потому что так безопаснее. И это кажется нормальным — дать себе время на залечивание ран. В этом есть даже мудрость: побыть одной, чтобы вспомнить: «Кто ты есть без него?». Вот только не заживают эти раны, потому что лечение временем не учитывает едва различимый нюанс:
Одиночество от наполненности и одиночество от страха — это две разные вселенные одинокого космоса. Одна из них наполнена одиночеством, а другая – одним страхом.
1. Одиночество от наполненности:
Когда человек наполнен одиночеством, то и живет свою лучшую жизнь, потому что интересно с собой. И тогда женщина открыта миру. Если в этой жизни появится классный мужчина, то его можно спокойно рассмотреть, и не будет никакого страдания, если он пойдет дальше. В этом состоянии чувство одиночества не такое щемящее, когда бывают минуты, что хочется разделить радость с кем-то особенным, но его нет, от чего становится грустно, когда понимаешь в конце августа, что лето уже проходит.
