Среди моих несносимых вещей есть футболка c цитатой Оскара Уайльда «I have nothing to declare except my genius» («Мне нечего предъявить, кроме своей гениальности»). Купил я ее двадцатилентим юношей в минском секонд-хенде (вот какие вещи раньше делали – она только у меня уже 15 лет, а до этого ее еще какой-нибудь поляк или немец носил).
20-летний Павликов носил ее с гордостью и вызовом – знайте, мол, с кем имеете дело.
30-летний Павликов носил ее только дома – стыдно показаться окружающим нескромным.
Нынешнему Павликову не до того – он видит чистую футболку, он надевает чистую футболку.
Не претендуя на то, что я сам в полной мере реализовал нижеописанное, рискну заявить, что мы часто ошибочно принимаем за «независимость от мнения окружающих» одно из двух:
- Понты (метафорически – носить майку с цитатой Уальда)
- Скромность (метафорически – НЕ носить майку с цитатой Уайльда)
В начале «Идиота», когда Рогожин предлагает еще совсем незнакомому ему Мышкину деньги, я при первом прочтении был уверен, что Мышкин откажется – ну как же, такая невинная душа. А Мышкин, напротив, очень обрадовался – надо же, говорит, а мне как раз нужны деньги, вот какая удача. Я был не прав, а Достоевский – прав, ведь отсутствие социальной лжи проявляется не в скромности (что тоже есть ложь), а в том что человека занимают более важные вещи. Он не плюет в общество, и он не боится его – просто есть явления, которые занимают его больше, чем оценка окружающих. Этими «явлениями» вполне могут быть сами окружающие. Более того, это только тогда и возможно, когда тебя не слишком волнует то, что подумают они о Великом Тебе – не сочтут ли тебя недостаточно доминантным или, не дай бог, слишком дерзким и нескромным.
Дискуссия