«Sympathy Tower Tokyo» Риэ Кудан — заметки о романе

Пишу о Китае без мифов: политика и институты простыми словами, история и женские сюжеты, языковые разборы и живые чит-листы. Сравниваю Китай с Японией и Кореей там, где это действительно помогает понять настоящее. Люблю примеры, источники и иероглифы — чтобы вы не просто читали, а понимали, как это устроено на самом деле.

Риэ Куданsympathy tower tokyoясная поляна

так, мы уже тут все забыли, что важная часть канала – это книги.

потихоньку возвращаемся в рабочий темп, коллеги, одной этой политикой сыт не будешь. тут объявили длинный список «иностранной литературы» премии «ясная поляна», и это прекрасный повод сделать биг-биг дайджест нашей дорогой и любимой азиатчины. большая часть книг уже упоминалась в канале, поэтому начнем с тех, кого упустил, а там уже и само собой все сложится красиво.

если помните, основной хайп вокруг книги риэ кудан «sympathy tower tokyo» / 九段理江『シンパシー・タワー・トーキョー』 возник из-за чистосердечного признания, что около 5% текста написано с помощью chatgpt. оглядываясь назад, теперь даже как-то стыдно об этом писать и говорить — ну генерировала и генерировала. за последние полгода я своими руками не написал ни одного письма — и уже не планирую этим заниматься примерно никогда. как-то даже стыдить за такое или осуждать стало бессмысленно.

роман короткий, проглотите за вечер. а ещё роман — прости, господи, за это прилагательное — актуальный. с нами никто не говорит об общении с ии-агентами, о столкновении нас (30+ девочек и мальчиков) с «молодёжью», о ковиде, о последней олимпиаде в японии, о захе хадид, об обесценивании слов, о бесконечной дискуссии вокруг «правильной» лексики, чтобы, не дай бог, никого не ранить. это, пожалуй, вообще одна из главных тем — несовпадение реальности и нашего языка плюс желание причинить всем добро, но ценой тотального контроля. сюжет простой: в центре токио строят идеальную тюрьму, и мы видим это глазами архитектора, сына преступница и американского журналиста.

отвлеченная мысль. в новых романах, которые описывают настоящее и ближайшее будущее, я вижу очень узкую ца. это буквально романы «не для всех» не потому, что они невероятно сложные, с мета-комментарием и отсылками к платону. они работают только на очень узкую ца автора, который пишет только о том, что любит / хочет, без морализаторства, а заодно выставляет дополнительные препятствия. в данном случае и правда неплохо было бы знать, почему катакана бесит героиню романа (меня тоже). это очень женский опыт — причём вполне понятной женщины из большого города, образованной и успешной. опыт проживания в мегаполисе со стеклом и бетоном тут важен, симпатия к архитектуре и некая насмотренность — тоже важна.

то есть мы ещё дальше уходим в свои читательские пузыри. нравится архитектура, «ритм большого города», хочешь вечером под чай почитать — вот тебе риэ кудан. не нравится? лучше не читай.

  • 👉 есть хорошая длинная рецензия у егора михайлова — она по размеру как раз почти как сам роман)
  • 👉 еще больше и подробнее — в статье переводчицы романа анны слащевой, которая писала о риэ еще в 2024 году по случаю присуждения премии акутагавы.
Портрет женщины в помещении с тропическими растениями и стеклянной архитектурой, нейтральное выражение лица, съёмка в интерьере ботанической зоны.
Иллюстративный портрет, сопровождающий обсуждение романа.
Обложка русского издания романа «Симпати Тауэр Токио» Риэ Кудан: яркая графика, оранжево‑фиолетовые тона и стилизованный силуэт здания.
Обложка одного из переводных изданий романа.
Англоязычная обложка Sympathy Tower: неоновый городской пейзаж Токио с силуэтом человека на мокрой отражающей улице, насыщенные цвета и шумы.
Англоязычная обложка романа с неоновым урбанистическим мотивом.
Графическая обложка в синей гамме с изображением высотных зданий и вертикальными японскими иероглифами; минималистичный архитектурный мотив обложки.
Японское издание с архитектурным оформлением обложки.
Иллюстративная обложка с изображением человека в клетке‑колонне на фоне строительного крана и пейзажа, метафорический образ башни‑тюрьмы.
Иллюстративная версия обложки с образом башни и метафорой заточения.

Дискуссия

Anna Slashcheva
Китайский Городовой
я просто не понимаю, в какой момент японцы такие, блин, давайте писать ホテル — то есть не иероглифом мы писать не будем, ок. и ほてる тоже писать не будем, потому что вот это выглядит ублюдошно. со своим базовым вэри японским я не понимаю, зачем делать себе больно…
ほてる — это вообще-то "краснеть" (о человеке). Иероглифами всякие неологизмы записывали, см. 煙草, например. Я предпочитаю думать, что дело в узком фонетическом инвентаре и большом количестве синонимов, хотя не только это...
Anna Slashcheva
И да, Кудан — фамилия, Риэ — имя :) не сразу заметила
Vladimir
Rabbit White
В 15 веке. 😊
Виноват, да. 1443 г., если верить интернетам.
Rabbit White
Китайский Городовой
и пользоваться сразу иероглифами, катаканой и хироганой
Потому что там разделение на чисто японские слова, заимствованные, и ещё какие-то.
Китайский Городовой
Anna Slashcheva
ほてる — это вообще-то "краснеть" (о человеке). Иероглифами всякие неологизмы записывали, см. 煙草, например. Я предпочитаю думать, что дело в узком фонетическом инвентаре и большом количестве синонимов, хотя не только это...
хватит уже это терпеть. давайте уже на латиницу все
Vladimir
Китайский Городовой
хватит уже это терпеть. давайте уже на латиницу все
После китайцев
Rabbit White
Vladimir
После китайцев
Они хотели в начале 20 века переходить, да. Но все уже.
Vladimir
Rabbit White
Они хотели в начале 20 века переходить, да. Но все уже.
Все хотели. Перешли только вьетнамцы.
Sergey Dmitriev
Vladimir
Все хотели. Перешли только вьетнамцы.
Им памагли
Присоединиться к обсуждению →

Читайте так же