граф аверин, кстати, не любит ни китайский чай, ни китайскую кухню, которые в этой альтернативной россии очень и очень популярны. но мы ему это прощаем, потому что это любовь.
Подошел официант, принес заказ Виктора. На огромном блюде были разложены куски мяса в кляре, залитые красным прозрачным соусом. Салат из чего-то длинного и зеленого дополнял блюдо. А мисочка риса не оставляла сомнений в происхождении этого изыска кухни.
Брови Аверина поползли вверх, губы искривились.
– Виктор! Это, с позволения сказать, что такое? – спросил Аверин голосом, в котором смешались одновременно легкая брезгливость и смех.
– А что? Гермес, ну вам вредно быть таким консерватором. – Виктор указал вилкой на мясо: – Это всего лишь гобаньчжоу.
– Губань… что? – Аверин все-таки прыснул от смеха, сделав вид, что прикрывает рот салфеткой. – А вот это? Что это за хвощ?
– О, вы почти угадали, это папоротник. Всего лишь маринованный острый папоротник, между прочим, отличная закуска. – Виктор наколол длинный стебель на вилку и протянул товарищу. Тот картинно отшатнулся, выставив перед собой раскрытые ладони.
– Н-нет. Нет-нет. Я в детстве, конечно, искал цветок папоротника, но вот чтобы его жевать… надеюсь, в жизни так не оголодаю.
– Ну что вы, – Виктор состроил обиженную гримасу. – На самом деле даже на русском Дальнем Востоке в деревнях исстари его заготавливали, солили в бочках и…
– Нет, спасибо. В амурскую деревню меня пока не за что.
на первом занятии по китайскому я сказал завкафу, что люблю "гобарджоу" – оказалось, что это самый простой способ довести китаиста до инсульта. надежнее только "сяОми" и "а правда, что чё по-китайски – жопа" (говорите гобаожоу, сяомИ, и нет, жопа будет по-другому).
Дискуссия