Для массового потребителя вроде меня технический процесс – это про удобство. Если помните, бытовая техника должна освободить женщин от домашнего рабства, автоматизация производства должна освободить мужчин от заводского рабства, и вот все люди должны начать заниматься тем, ради чего созданы, – творчеством. В 2025 году мы обнаруживаем себя развозящими продукты по квартирам, в то время как нашу логистику оптимизирует компьютер.
Просчет красивой теории об освобождении от рутины ради Чего-то Важного – в том, что человек в массе своей хочет освободиться не от однообразного и скучного труда, а от труда как такового. А это значит, что под нож в первую очередь идет сложная работа, то есть то самое творчество, ради которого, по утверждениям теоретиков промышленной революции, искусственного интеллекта и социализма, всё и затевалось.
Доказательством тому служит отмирание отношений в самом широком виде: начиная тотальным падением рождаемости и заканчивая переходом разговоров в онлайн с фобией телефонных звонков и неизбежным продолжением виртуализации в виде дружбы с ЖПТ. Отношения – возможно, самая творческая и самая сложная деятельность в мире, и человечество использует все появляющиеся возможности для того, чтобы ее упростить и минимизировать.
В наших текстах предложения становятся короче, а словарное разнообразие – меньше. Сложность содержаний, которыми мы обмениваемся, – вопрос неоднозначный, но вряд ли кто-то может говорить, что мы переживаем расцвет искусства. Может, это и не повод бить тревогу, но это заставляет сомневаться в том, что предоставляемые техническим прогрессом удобства сам по себе сподвигают освободившегося человека развиваться.
На уровне судьбы отдельных людей нам это хорошо известно как невроз отложенной жизни. Человек подразумевает, что Чем-то Важным он займется потом. Для этого человеку НУЖНО, чтобы сейчас ему в этом что-то мешало. А вот когда он освободится от этих мешающих факторов (заработает достаточно денег, сделает ремонт и вырастет детей), он и начнет жизнь. В меньших масштабах – надо переработать работу, а на выходных уже «засесть за…» В реальной жизни после переделывания всех дел наступает блаженная усталость с необходимостью восстановить силы – что, как мы знаем, есть проявление того, что не очень-то и хочется, поскольку то, что нам действительно нужно или очень нравится, вызывает в нас прилив сил.
Трагедия и благословение человека состоит в том, что либо повышение удобства, избавление от неких функций и прочая оптимизация нужны ему для чего-то ему субъективно более важного и любимого, либо всё это будет вести к тому, что описали Стругацкие в «Понедельник начинается в субботу». Там энергичный, но эгоистичный и глупый ученый Выбегалло решил искусственно вывести идеального человека – который ХОЧЕТ и МОЖЕТ. Это существо вовсю удовлетворяло свои желудочные потребности, и это по замыслу Выбегалло должно было привести к тому, что постепенно «матпотребности» разовьются в «духпотребности», и из этого существа получится «исполин духа и корифей». Кончилось всё тем, что будущий исполнил духа обожрался и лопнул.
Когда мы рассуждаем о том, что нам в целом и человечеству в частности для качественного развития надо побольше удобства и поменьше работы, мы проявляем в этом столько же наивности, сколько и Выбегалло. Рискну предположить, что мы при этом в глубине души знаем, что занимаемся обманом – просто Выбегалло дурил прессу, а мы дурим себя (так сказать, внутреннюю прессу – ту внутреннюю сущность, что смотрит на поверхность происходящих в нас процессов и не сознает их источников).
Хорошая новость состоит в том, что рядом с Выбегалло работали у другие ученые. Они не гнались за одобрением прессы, часто были ею не поняты и вообще пахали денно и нощно – используя себе во благо не только предоставленные удобства, но и имеющиеся неудобства. Парадоксально оказываясь эффективнее многих наших современников, которым парадоксально мешают не только преграды, но и удобства (привет, прокрастинация).
С Днем труда, дорогие товарищи.
Дискуссия