Встать. Суд идёт.
На скамье подсудимых – понедельник. Ему вменяют убийство воскресенья и особо циничное появление сразу после сладких выходных.
Подсудимый выглядит так себе: серый пиджак, лицо бухгалтера после корпоратива, в руке кофе из автомата. Каждую неделю одно и то же – понедельник виноват. Он пришёл и выключил жизнь.
Но вдруг он встаёт, поправляет галстук и говорит:
– Мужик, я просто первый день недели. Если тебе хочется быстрее сбежать из жизни в пятницу, это не ко мне.
В зале тишина. Потому что понедельник, конечно, мерзкий тип. Но не настолько, чтобы повесить на него всё дело – он просто включил свет. И при этом свете можно чётко разглядеть, твоя это жизнь или нет .
Но даже если ты любишь своё дело, понедельник может давить. Точнее, мы делаем так, чтобы он падал на нас плитой, а не разминал плечи и провожал в неделю, усыпая путь цветами.
Современная дурь – это начинать неделю с рывка, железной дисциплины и героической попытки за три часа закрыть всё, что ты полгода ненавидел .
Не вскочил сразу в Excel и планку – внутренний коуч орёт: «Ну что, чемпион, где твоя новая жизнь?»
Говорят «лягушек нужно есть по утрам» и делать противные задачи сразу. Но какая от них мотивация продолжать? Не выгоднее ли войти в ад проще: сделать что-то приятное, лёгкое, а уже потом брать вес больше?
Понедельник – это не старт ракеты, а скорее трап в самолёт. Ты ещё не летишь, а только заходишь, ищешь место и пытаешься не ударить бабулю рюкзаком по голове. С неделей так же. Не обязательно врываться в неё, как спецназ в квартиру. Будет куда умнее войти в неё красиво: без паники, со вкусным кофе, приятным завтраком и ощущением, что жизнь не закончилась вчера с последней ложкой мороженого.
Проблема в том, что ожидание понедельничных «лягушек» ворует у тебя и воскресение. Поэтому в выходные люди едят и пьют так, чтобы хватило на всю оставшуюся жизнь. Но гораздо выгоднее дать мозгу заранее понять, что неделя начнётся не с убийства всего живого в тебе, а удовольствий.
Ну а дальше день сделает своё дело, и ты ввяжешься в рабочий ритм без того, чтобы приносить себя в жертву под песни Enigma.
Плайф официально предлагает перестать делать из понедельника маленькую казнь. Можно объявить его почти пятницей. Не в смысле лечь лицом в шампанское с утра и в 11:40 написать директору: «Я сегодня в своём фильме, вопросы завтра». Хотя мысль интересная.
А в том, что понедельник может быть днём входа, где ты не производственный комбайн. У тебя есть право на красивый разбег. На реально вкусный завтрак, а не грустный творог. Даже гладиаторам перед ареной давали не обезжиренный йогурт с чувством вины, а что-то посерьёзнее.
Возможно, круассан с чашкой кофе под треск винила.
Пусть первая половина дня будет не мясорубкой, а приборной панелью. Ты смотришь на неделю и такой: вот здесь деньги, тут встречи, там нужно не забыть про жизнь, а вот у меня почему-то три встречи подряд, значит, я потерял связь с Богом и здравым смыслом.
И только потом включаться. Тогда продуктивный мужик спокойно появится во вторник, когда мозг перестал орать, что выходные украли цыгане. В среду уже пошёл ритм, а в четверг ты можешь быть вообще прекрасен. Пятница – это уже последний бензин, зато с огоньком предвкушения, как пёс, который услышал слово «гулять».
Неделя не становится лучше от того, что ты входишь в неё с лицом пленника и мыслью: «Ну всё, пять дней ада, потом опять буду человеком». Так можно прожить годами. Пять дней терпишь, два дня пытаешься воскреснуть, а вечером снова начинаешь умирать.
Понедельник можно забрать обратно. Сделать из него свой маленький ритуал. Встать чуть спокойнее, не хвататься за телефон, как за гранату и вплести в утро побольше кайфа. Вкусная еда, секс, ванная, спокойная прогулка под любимые треки, несколько страниц книги.
И всё, живём.
Сегодня понедельник оправдан. Дело закрыто.
