На следующее утро священник снова вошёл к князю. После молитв и причащения он пробыл у него ещё некоторое время, а затем собрался в обратную дорогу.
Княгиня вышла проводить его до крыльца.
- Пришлю за тобой, если государь попросит, - сказала она.
- Присылай. А пока не давай ему торопиться с делами.
Он привык на себе многое держать, да только и сильному человеку отдых надобен.
Она поблагодарила старца и вернулась к мужу.
Князь лежал с закрытыми глазами. Услышав её шаги, протянул руку, и она присела рядом.
- Устал? - спросила княгиня.
- Немного.
- Батюшка велел тебе отдыхать.
- Все теперь велят мне отдыхать, - усмехнулся князь. - Даже сын сегодня спросил, не принести ли ему мои грамоты, чтобы самому разобрать.
- И правильно спросил. Не маленький уже.
- Не маленький, - согласился князь. - А я всё помню, как он впервые на коня взбирался. Ногу в стремя поставил, а до седла не дотянуться.
Он улыбнулся воспоминанию и некоторое время лежал молча.
Княгиня поправила сползшее покрывало. Ей хотелось расспросить его о разговоре со священником, но она удержалась. Князь выглядел утомлённым, однако прежней раздражительности, с которой он встречал каждую неудачную попытку подняться, в нём уже не было.
Вечером он попросил помочь ему сесть. На следующий день смог некоторое время просидеть без опоры, а ещё через несколько дней настоял, чтобы слуга поставил возле ложа крепкую скамью.
- Буду пробовать вставать, - объявил он княгине.
- Лекарь дозволил?
- Коли лекаря ждать, я тут до зимы пролежу.
Она хотела возразить, но увидела знакомое упрямство в его глазах и лишь велела слуге оставаться рядом.
Князь спустил ноги на пол, ухватился за край ложа и медленно поднялся. Несколько мгновений стоял, широко расставив ноги, привыкая удерживать собственный вес. Потом отпустил опору.
Княгиня невольно шагнула к нему.
- Не подходи, - попросил он. - Дай самому.
Он сделал шаг, другой, остановился, перевёл дыхание. Лицо его побледнело, на лбу выступила испарина, но он упрямо двинулся дальше. До скамьи оставалось совсем немного, когда ноги начали дрожать, и слуга успел подставить плечо.
Князь тяжело сел, долго восстанавливая дыхание, а затем взглянул на княгиню и улыбнулся.
- Ну вот. А ты уж думала, придётся меня до конца дней носить.
Она рассмеялась, хотя глаза её наполнились слезами.
- Ещё раз так меня напугаешь, сама тебя к ложу привяжу.
- Не привяжешь, - возразил он. - Я узлы развязывать умею.
И оба засмеялись, радуясь возможности снова шутить друг с другом.
С того дня князь понемногу возвращался к привычной жизни. Сначала ходил только по опочивальне, держась за стены и мебель, потом начал выходить в соседние покои. Когда смог самостоятельно спуститься во двор, слуги встречали его так радостно, словно он снова возвратился из далёкого похода.
Княгиня не торопила его, хотя видела, как трудно мужу мириться с медленным возвращением сил. Он по-прежнему быстро уставал, иногда среди разговора просил оставить его одного, а после недолгой прогулки мог проспать несколько часов.
Лекари приходили всё реже. Никто из них так и не объяснил, отчего князь занемог и почему болезнь начала отступать. Один приписывал улучшение отварам, другой - долгому отдыху. Князь выслушивал их, благодарил, но спорить не пытался.
Постепенно в княжеском доме перестали говорить о болезни. Воеводы вновь собирались на советы, прибывали гонцы, решались земельные споры, готовились припасы к зиме. Старший сын теперь почти всегда сидел рядом с отцом, принимал послов, разбирал грамоты и всё чаще сам отправлялся проверять исполнение княжеских распоряжений.
#неотвратимая_мудрость_принятия
Предыдущий отрывок здесь 👈
