Это не ново. Китай давно использует язык разнообразия, плюрализма и цивилизационных различий, чтобы противостоять западному универсализму и легитимизировать свою собственную политическую модель.
Но у этого разнообразия есть очевидный предел. Оно, по-видимому, заканчивается на границе каждой страны. Разнообразие между цивилизациями приветствуется; разнообразие внутри Китая — нет. Внутри Китая единственно допустимая цивилизационная концепция — это концепция «сообщества для китайской нации» (中华民族共同体), которое, что неудивительно, должно возглавляться КПК.
Режим апеллирует к цивилизационному плюрализму на международном уровне, одновременно навязывая идеологическое единообразие внутри страны. И, по правде говоря, КНР во многих отношениях является наименее традиционно китайской из всех китайских династий, поскольку ее господствующая идеология в конечном итоге происходит не от Конфуция, Лао-цзы или какой-либо другой классической китайской политической мысли, а от немецкой и русской.
Четвертый пункт Си Цзиньпина, посвященный преодолению разрыва в области ИИ и цифровых технологий, преследует две цели.
Во-первых, акцент на предотвращении новых исторических несправедливостей в сфере ИИ призван сплотить страны Глобального Юга. Суть послания в том, что ИИ не должен стать еще одной областью, в которой богатые западные страны монополизируют технологии, оставляя развивающиеся страны позади. Это мощный риторический аргумент, и Китай будет использовать его для давления на Соединенные Штаты и их союзников с целью более широкого распространения технологий ИИ. Китай особенно заинтересован в этом, поскольку является единственной крупной державой, где большинство ведущих западных моделей ИИ недоступны или сильно ограничены.
Во-вторых, это же аргумент позволяет Китаю продавать свои собственные модели ИИ, инфраструктуру, стандарты и инструменты управления развивающимся странам под предлогом наращивания потенциала.
«Преодоление разрыва в области ИИ» звучит благожелательно, но это также означает расширение китайской технологической экосистемы за рубежом. Если страны Глобального Юга станут зависимыми от китайских моделей, китайской облачной инфраструктуры, китайских систем обработки данных, китайских инструментов слежки и китайских норм контроля за контентом, то результатом будет не просто передача технологий. Это будет экспорт созданной Китаем среды управления ИИ, включая архитектуру цензуры и слежки, которая с ней связана.
Взятые вместе, слова Си Цзиньпина — это не бесполезная политическая риторика. Это удивительно откровенный рассказ о глобальном порядке в сфере искусственного интеллекта, которого хочет Китай.
Китай хочет открытости, пока он наверстывает упущенное; ограничений на контроль со стороны США в сфере национальной безопасности, пока ему еще необходим доступ к передовым технологиям; цивилизационного плюрализма на международном уровне при сохранении идеологического единообразия внутри страны; и наращивания потенциала в области ИИ для стран Глобального Юга таким образом, чтобы расширить технологическое и управленческое влияние Китая.
Поэтому вопрос к остальному миру прост: хотите ли вы, чтобы это видение воплотилось в жизнь?
Дискуссия