🚨Что принципиально важно при анализе поведения животных — и в том числе их взаимодействия с умершими — избегать антропоцентризма и антропоморфизма.
Антропоцентризм ведет не только к сверхинтеллектуализации понятия смерти, но и к предположению, что это понятие бинарно: им либо владеешь, либо нет, и оно не допускает никакой градации. <...>
Если спрашивать, «обладают ли животные понятием смерти, эквивалентным понятию среднего взрослого человека», то ответ будет очень прост: нет. В этом ответе нет ничего занимательного и удивительного: очевидно, что животные, не имеющие нарративов о смерти, которые есть у нас, и накопленных культурой традиций, связанных с конечностью жизни, не будут обладать настолько же сложным и утонченным понятием смерти, как наше.
(с) «Опоссум Шредингера», Сусанна Монсо
<...>
Призма человеческого опыта нередко искажает реальный смысл поведения животных. Например, «виноватый взгляд» (а еще опущенные уши и поджатый хвост) у собак вовсе не говорят о том, что собаке стыдно за содеянное — это попытка умиротворить недовольного хозяина, демонстрация подчинения и нежелания конфликта. Исследования в целом показывают (1, 2), что собаки демонстрируют такое поведение скорее в ответ на действия хозяина и агрессию с его стороны. Оно и неудивительно: вина и стыд — «вторичные» эмоции, обусловленные пониманием не только социальных (например, иерархичных), но и моральных норм.
🐬 Еще есть старый мем про дельфинов: мы думаем, что они дружелюбные спасатели, потому что они подталкивали людей к берегу; но но ведь те, кого они толкали в другую сторону, никогда не смогут об этом рассказать? (вообще, если хотите разочароваться в дельфинах, почитайте про их отношения к самкам и детенышам — добряком-Флиппером из мультика там и не пахнет)
🧐 Почему антропоморфизация животных до добра не доведет?
Во-первых, не будем забывать про печальную историю человека-гризли Тимоти Трэдуэлла, который думал, что познал медведей, а в итоге погиб от их же когтей и клыков.
Во-вторых, эмпирическая наука по большому счету состоит из двух больших блоков: фиксации факта и его интерпретации. Неуместная антропоморфизация может влиять на оба.
➡️ Проблемы с фиксацией во многом связаны с избирательностью нашего внимания и восприятия и эвристичностью мышления.
Например, в фокус внимания могут попадать только те проявления поведения животных, что совпадают с человеческими стереотипами («скорбь», «горе» в случае смерти), в то время как другие реакции, не вписывающиеся в шаблон, будут ненамеренно игнорироваться.
Кроме того, исследователь может неосознанно подменять фиксацию интерпретацией — фиксировать не сам факт поведения, а свою трактовку, например, «дописывая» детали, соответствующие человеческим ожиданиям, либо некорректно классифицируя поведение (скажем, размечая муравьиный некрофорез как ритуал захоронения).
➡️ С интерпретацией все тоже более-менее понятно: мы приписываем животным ложные мотивы, делаем ошибочные выводы, неумышленно завышаем или занижаем их когнитивные и прочие способности, опираясь на себя самих как на мерило и эталон.
Немаловажно и то, что такой подход так или иначе приводит к сужению понятий — в том числе неоправданному, поскольку мы как будто оказываемся неготовы поделиться с другими «уникальными» фичами человека (например, сознанием).
Только вопрос, что именно делает эти фичи уникальными для homo sapience — действительно наша природа или выбранная формулировка концепта?
#научное
