❓ "С младшим, шестилетним ребенком недавно ехали в отпуск. Сели, я общаюсь с мамой, а он начинает бегать, орать, перебивать, колотить по сиденью рядом.
На нас оборачиваются, я понимаю, что людям дискомфортно. Делаю ему замечание: «Пожалуйста, перестань. Ты мешаешь. Мы в общественном месте». Он чуть успокоится — и опять.
Я всю дорогу в напряжении. От самой себя тошнит, что постоянно его одергиваю.
Может, для этого возраста нормально совершенно не думать о других? Как с этим быть?"
Отвечает психолог Юлия Соседко
В дошкольном возрасте детки уже учатся контролировать себя. У них уже есть способность понимать нормы, правила поведения в общественных местах.
Что вы можете сделать как мама?
Помочь ребенку закрыть его потребности.
Не читать долгие лекции и не одергивать. На это у него, скорее всего, сработает реакция протеста. Лучше понаблюдать: чего он хочет?
Может быть, ему не хватает вашего внимания, и он так его добивается. Может быть, заскучал. Может быть, устал.
И здесь важно переключить фокус с «что обо мне подумают люди» на него. Переключить его внимание. Игры с собой в дорогу брать, в слова поиграть, раскраски. Занять его, но не из позиции жертвы: «Я испытываю вину перед всеми, потому изображаю хорошую маму», а именно увидеть, чего хочет ребенок.
❓ Это понятно. А если мама выжатая как лимон? Всё понимаю: ребенку нужно внимание. Но нет ресурса его дать. Единственный вариант — телефон, грубо говоря, пихнуть.
Да, порой надо признать: «сейчас у меня нет сил». И дать телефон.
Летом мы с двумя моими младшими (10 и 14 лет) едем к моим родителям. И мама может сказать: «Они у тебя в телефонах сидят».
Ну да, сидят. Я понимаю, что от экрана садится зрение. Что у них есть список книг на лето. Что они должны читать.
И если я в ресурсном состоянии заниматься детьми и столкнуться с их эмоциями по поводу моего вмешательства, я занимаюсь.
А если я не в ресурсе. Если хочу тишины, ну, сидят они в телефонах — пусть сидят. Я не готова сейчас бегать с книжками, тыкать ими, орать, чтобы они читали. И чтобы они еще орали мне в ответ, что не хотят.
Когда у меня хватает сил встать во взрослую, авторскую позицию, тогда я методично, спокойно объясняю. Если нет сил — отпускаю контроль.
И еще момент.
Важно признать, что у моих детей тоже есть Бог. А значит, я могу обращаться за помощью к Нему. «Господи, позаботься о моих детях, пожалуйста. Дай мне силы, дай мне ресурсы, чтобы я могла быть заботливой мамой. Направь людей в помощь, какое-то увлечение моим детям дай».
И по поводу чувства вины перед другими пассажирами.
Именно на чувстве вины я начинаю одергивать ребенка, начинаю угодничать, чтобы для других быть хорошей. Одергивание не срабатывает, но я продолжаю угодничать.
Здесь понимаем: никто из этих людей не знает вашей ситуации. Не знает, как вам сейчас внутри этого. Кроме того, никто из этих людей не предложил помощь. Не занял ребенка. Они не обязаны, но могли бы, раз им дискомфортно.
Поэтому я зову Бога, делаю то, на что есть ресурсы, и препоручаю результат Богу.
А вы мамам с бесящимися детьми делаете замечание? Или чаще сами в роли таких мам?
Дискуссия