Почему один спокойно просит прибавку, открывает своё дело и три раза в год летает в отпуск, а другой годами держится за нелюбимую работу и даже не смотрит вакансии?
Кажется, что дело в характере. Один смелый, другой осторожный. Но наши отношения с деньгами начинают складываться задолго до первой зарплаты.
Их пишут семья, детство и история страны.
Сцена 1. Хрусталь в серванте
В комнате стоит чешский сервант. За стеклом — хрустальные бокалы, салатницы, рюмки и большая ваза с резными краями. Раз в пару недель дверцы открывают, аккуратно вытирают пыль, переставляют посуду и снова закрывают.
Пользоваться нельзя. Это на праздник.
На каждый день есть обычные стаканы. Ну и что, что со щербинкой? Не бояре.
Пришли гости? Так это же соседка Ленка. Наливай в обычную.
Когда хозяйки не стало, дети вывезли хрусталь на свалку. Он вызывающе блестел. Один раз использовали на свадьбе.
Никто специально не учил нас откладывать жизнь на потом. Но именно это мы и запомнили.
Хорошее надо беречь.
Красивое — не для обычных дней.
Порадоваться можно потом.
И вот ты можешь себе позволить добротный гардероб, платного врача и отпуск. Но продолжаешь пить чай из кружки с отколотой ручкой. Не течёт же!
Сцена 2. Треть дома
Когда-то у семьи был большой дом на три избы, крепкое хозяйство и собственная мельница. Потом прадеда раскулачили.
Семье оставили одну избу. Остальной сруб разобрали и увезли на строительство колхоза. Мельницу реквизировали. Семь из одиннадцати первых колхозных коров были прадеда.
Об этом в семье не говорили.
Но бабушка всю жизнь запрещала делать хороший ремонт.
Одевала детей в люди скромно.
Гостей почти не звала: «Чего лишний раз людям глаза мозолить».
Так родилась установка, что жить в достатке — опасно. Выделяться — опасно. Надо быть как все.
Сегодня ты боишься поднять цену на свои услуги. Стесняешься сказать, сколько зарабатываешь. Отказываешься от выгодного места — завидовать станут. Работаешь без выходных, но боишься нанять помощника: скажут, буржуй. Да ну его.
Сцена 3. ВУЗ, завод, больничный
Куда идти после школы, даже не обсуждали. Институт — как у отца, дяди и старшего брата. Потом — завод, школа, больница или государственная организация. Чтобы всё как у людей: трудовая, отпуск, пенсия, больничный.
А то, что за пять лет ты ни разу не смог взять больничный, потому что работать некому. Что запись на УЗИ только через два месяца. Что зарплату проиндексировали на две тысячи, а цены выросли на шесть, — это можно потерпеть.
Главное — работа государственная.
Мы редко перенимаем денежные сценарии из разговоров. Впитываем их, наблюдая за тем, как жили взрослые. А потом вырастаем и принимаем всё это за собственные убеждения.
«Какое новое платье? Пусть висит до дня рождения».
«На фриланс? Совсем с ума сошёл?»
«Поднять цену? Люди не поймут».
Когда-то эти правила помогали нашим семьям выжить.
Но сегодня мешают жить.
И самое опасное в них то, что мы не спрашиваем себя:
«Это действительно мой выбор? Я действительно хочу именно так?»
А какая денежная установка досталась вам по наследству? Вспомните фразу, которую чаще всего говорили о деньгах в вашей семье.
Дискуссия