Как теперь смотреть в глаза его маме?
Что сказать детям, куда папа уходит?
Узнают ли на работе?
Страх публичного осуждения (приличная пара была), скабрезного унижения (он с ней такое вытворял) и злорадной жалости («бедняжка, её бросили») заставляет женщину молчать и терпеть, даже когда терпеть становится невозможно. Позор накатывает и захватывает все тело.
7. Финансовая неопределенность
Неудобно и страшно осознавать, что можно остаться без средств к существованию. Ведь именно сейчас приходит осознание, что недвижимость оформлена на него, как и другое движимое или недвижимое имущество. Особенно это становится обидно если женщина домохозяйка или просто несла всё в дом, совершенно не думая, что это может когда -то оказаться не её. Приходится думать, как хоть что-то получить с человека, который предал, когда хочется всё взят вот так вот и бросить. Момент раздела денег и жилья — один из самых унизительных, потому что любовь закончилась, и начинается драка за и так своё. Почва уходит из-под ног. Накатывает страх будущего и паника.
8. Унижение от его лжи
Это, наверное, один из самых подлых моментов. Женщина всегда чувствует, что что-то не так: незримо, на ощущениях, но точно есть подвох. А он в ответ смотрит честными глазами и говорит: «Ты чего выдумываешь?», «Все в порядке», «Тебе все кажется». И хотелось верить.
А потом, спустя время, выясняется, что ощущения были верными на все сто. И накрывает уже двойная боль: мало того, что он изменил, так он еще и заставил сомневаться в собственной адекватности. Женщина чувствует себя полной дурой, которую просто выставили виноватой, хотя виноват был он, и за это еще извинятся приходилось. Это очень унизительно — осознавать, что так нагло обманывали. Доверие испаряется.
9. Осознание, что он жил двойной жизнью и в счастье
Мысль о том, что он улыбался, шутил, ел, смотрел телевизор дома, будучи при этом мыслями «с другой», вызывает когнитивный диссонанс. Реальности перестают совпадать: одна — это семья и полный дом, а он — с другой женщиной в счастье, вранье и блуде. Переполняет негодование, что просто использовали как непонятно кого, что очень сильно бьет по самооценке и разрушает личную историю жизни.
Заключение
Все эти перечисленные моменты — про одно: про унижение, которое женщине приходится переживать в одиночку, часто запертой в четырех стенах со своими мыслями. Неудобно проверять карманы, стыдно думать о чужой постели, страшно идти к врачу, тошно от одной только мысли о деньгах, которые ушли на другую женщину. Кажется, что почва ушла из-под ног, а вместе с ней — и чувство собственного «я».
Но в этом списке боли есть одна важная закономерность, которую стоит заметить. Почти все эти «неудобные» вопросы упираются в него: какой он, где он, с кем он, что он сказал, сколько он потратил.
Самое неудобное уже случилось. Тайное стало явным. И теперь, когда иллюзия идеальной семьи разбита, а розовые очки сняты (пусть и таким жестоким способом), у женщины появляется то, чего не было раньше, —правда. Правда о нем и правда о сломанных отношениях.
Да, это правда, от которой хочется выть. Но это и есть та точка, от которой можно оттолкнуться. Потому что только стоя на твердой земле (пусть это даже земля пепелища), можно решать, куда идти дальше.
И только когда первая волна тошноты от накатившей слабости и ужаса отступает, приходит самое главное и самое трудное понимание: нужно перевести взгляд с него на себя. Не потому, что «сама виновата» (это не так), а потому, что жить дальше с этими чувствами придется самой.
Позвольте себе прожить эти неудобные, грязные, унизительные чувства. Не замалчивайте их. Не пытайтесь сделать вид, что «все не так страшно», если внутри вас разрывает от сравнений с ней или от брезгливости. Пройдите через этот ад последовательно: проплачьте, позлитесь, примите помощь и участи от тех, кто искренен, сходите к врачу, посчитайте деньги.
