Большое количество санкций и негативных высказываний от украинцев и других иностранцев спровоцировали в нас злобу. Это естественная реакция. То, с чем столкнулись россияне, и правда возмущает: людей, которые никому не сделали зла, приравнивают к фашистам, оскорбляют, запугивают, пытаются всячески от них отгородиться и нанести вред теми средствами, которые доступны. Вплоть до того, что кому-то помешали российские параолимпийцы (инвалиды) — вот уж точно виновники войн и убийств. Мы видим рекламные объявления "Русские матери, приезжайте за телами своих сыновей" и не понимаем, как "независимые" соцсети могут такое пропускать. В конце концов, нас давят экономически. Один из авторитетнейших американских экономистов, призывая к санкциям, говорит: "В России не будет ни науки, ни прогресса, ни новых моделей телефонов, ни лекарств, ни нормальных подгузников и шоколада для детей. Да, многие обнищают. Кто-то потеряет жилье и будет жить на улице". Такая холодная ненависть к россиянам шокирует.
Злость — это худшая из возможных реакций на происходящее. На и без того мощное желание отделиться мы реагируем ещё большим отделением: "Никогда мне ваш Макдоналдс не нравился! Проживём как-нибудь одни!"
- Во-первых, несправедливость по отношению к нам не может быть оправданием несправедливости по отношению к другим. В какой бы ситуации мы ни находились, всё это — мелочи по сравнению с тем, с чем столкнулись украинцы. "Зуб за зуб" — порочный принцип, тем более порочно желание кого-то "за зуб" удавить.
- Во-вторых, печальная правда состоит в том, что в той ситуации, в которой оказались украинцы, очень многие теряют человеческое лицо — к этому надо отнестись с пониманием.
- В-третьих, есть нелепая реакция "Назло маме отморожу уши". Это когда нас отрезают от чего-то привычного вроде таргета в Инсте, а мы начинаем жаждать полного отключения Инсты уже с российской стороны. Это естественно на уровне эмоций, но ужасно глупо.
- В-четвёртых, неуместны самооправдания "Раз они так себя ведут, почему я не могу?" Если мы будем равняться на худшие человеческие проявления, то глубине нашего возможного морального падения не будет предела.
Насилие в любом виде остаётся насилием. Столкнувшись с насилием по отношению к себе, мы тем более не должны проявлять насилие к другим — ни меньшее, ни большее по сравнению с тем, с чем столкнулись мы. Это значит, что любые враждебные высказывания, запреты и убийства остаются злом независимо от того, кто их осуществляет.
