ТРЕТИЙ ПОРОСЁНОК

Третий поросёнок сегодня задолбался бы объяснять, почему у него всё ещё стройка. Братаны уже справили новоселье, сняли румтур и продают курс «Дом за три дня». А про волка просят не спрашивать – негатив мешает масштабированию.

Я хочу большой Plife – в России и за рубежом. Притворяться, что большая аудитория испортит мою тонкую душевную организацию, не собираюсь. За тысячи лет в бизнесе стратегий лучше «трахнуть рынок и конкурентов» пока не придумали.

Но хочется понимать, что именно мы растим. У меня большая коллекция старых Playboy и Esquire. Открываешь статью, которой несколько десятилетий, а она по-прежнему попадает в тебя. Такой срок годности мне нравится. Хочется писать то, что будут читать и через пять лет, потому что в этом много живого, а не нейросеточного.

С самой задумки Плайф, я понимал, что работать на читателя мне гораздо интереснее, чем продавать его внимание рекламодателю. Второй путь дал бы более быстрые деньги, но неизбежно превратил всё в конвейер.

Я бы каждый день подводил главного читателя – себя.

Самый понятный ход – спрятать лучшие материалы за оплатой. И это нормальная сделка, где рулит читатель, а не очередной банк со своей акцией. Но мне это не подходило, я не хочу разрезать хороший текст пополам и во второй половине встречать мужика с терминалом.

Все номера Plife будут бесплатными. И все наши глубокие статьи, которые скоро начнут выходить на сайте – тоже. Мужик в любой точке мира должен получить отличный журнал, даже если никогда ничего у нас не купит.

Наша кровь – это клуб. У него своя задача: каждые два месяца отправлять нас в новое приключение. Чтобы новый сезон мы проживали, как отличный фильм. А по пути забирали в свою жизнь что-то найденное мной, редакцией или другими мужчинами. Даже если это просто идея того, чтобы воткнуть свечу в пустую бутылку вина или собрать чёрный комплект одежды, потому что он стройнит.

Изначально, я почти всю силу клуба я видел в материалах, а общение считал приятным дополнением. Чаты вообще ненавидел. Но впервые в жизни я сам с удовольствием там сижу. Многие мужчины, которые пришли ещё в феврале, уже стали родными. Каждое «доброе утро» от нашего ангела клуба поднимает мне настроение и напоминает, что за всеми делами идёт моя собственная жизнь.

Причём выпускного, где каждому выдадут одинаковую челюсть и сертификат «Теперь мужик», у нас не будет.

За сезон может измениться что-то важное. Мужчины у нас проживают сладкие и горькие моменты в жизни: от расставаний и кризисов в бизнесе до кайфовых путешествий и красивых ужинов.

Но можно и посидеть у костра. Без целей стать сверхмужчиной. Просто немного лучше понять себя и сбросить пару прилипших масок.

Ещё мне хочется больше жизни за пределами экрана. Поэтому в конце каждого сезона будет выходить финальная газета – одна уже на подходе. Появятся физические артефакты. Мы начнём встречаться лично, чтобы услышать смех мужика, чьи сообщения узнаёшь без подписи, и попросить его передать хлеб.

Постепенно всё сдвигается в сторону самих участников. Я хочу делать героями Plife их, а не рубашку Бреда Питта. У нас есть мужики, чья биография заслуживает отдельного разговора.

На всё это нужно время. Хорошую статью приходится переписывать, номер – осмысливать и собирать, а людей – узнавать. Бывает, хочется заказать машину соломы, согласиться на дорогую рекламную интеграцию и просто всё быстрее раздуть.

Но я бы не начинал Plife ради большого пустого медиа. Мне нужен дом, в котором самому хочется жить. Большой – обязательно. Но кирпичный.

24 сентября мы откроем новый сезон Plife Club.

Сейчас можно заглянуть на страницу клуба, посмотреть на наших рыцарей и оставить предзапись. Скоро мы начнём знакомить с новым сезоном.

Стройку продолжаем. А волка, если объявится, поставим к мангалу – пусть дует с пользой.