Заметка редактора
Мысль недели от Романа Шалимова
Сегодня мне прислали рилс. Сидят две девушки и обсуждают мужчин – кто имеет право называться мужиком, а кто нет. По их экспертному мнению, если он сфоткался в зеркале лифта или спортзала – не мужик. Если активно ведёт соцсети – не мужик.
И больше всего меня поразило: если у него есть выходные и он сидит где-нибудь на летнике, пьёт кофе и, не дай бог, получает от этого удовольствие – он тоже не мужик.
В их понимании мужчина работает, даёт деньги, терпит, молчит, не спорит. Он – тень. Она – «звезда», которой дозволено выкладывать свою задницу со всех возможных ракурсов.
Я не буду спорить с рилсом. Это как выяснять отношения с микроволновкой, которая решила стать философом. Мы в Plife не будем копаться в этой куче дерьма и марать руки.
Но меня бесит почва. Мысль о том, что мужчина должен быть не человеком, а функцией. Полезным до исчезновения и удобным до потери лица. И желательно несчастным, потому что счастливый мужчина сразу вызывает подозрение у людей, которым самим давно пора проветрить голову.
У нас это ощущается особенно остро. На Западе своих перекосов хватает, там тоже полно цирка. Но у нас есть какая-то особая постсоветская любовь к мужчине-ломовой лошади.
Это расчеловечивание.
И оно мне противно.
Как бы пафосно это ни звучало, но мужчина – это творец. Мужчины строили города, великие бренды, корабли, машины, дома, парки, создавали культовое кино, музыку, да и женские платья с туфлями – создавали именно они.
Я об этом буду нам самим периодически напоминать.
Не только мужчины, конечно. Но критически много в этом мире создано именно мужским желанием сделать реальность глубже, больше и красивее. Нет банды мужиков, что не пускают женщин в профессию шеф-повара, но около 94% шефов в мишленовских ресторанах – это мужчины.
И теперь к нам приходят и говорят: вам нельзя наслаждаться.
Самураи часами наблюдали цветение сакуры, создатели Ferrari вылизывали в ней каждый угол во имя красоты и вкуса, а Лермонтов на сотни строк описывал красоту гор.
Мужчина не перестаёт быть мужчиной, если пьёт кофе на летнике. Если смотрит на себя в зеркало и поправляет причёску. Если он любит приятный свет, сигары, охоту, рыбалку, чистую рубашку, дорогой запах.
Более того – это его природа.
Есть он и мир. В первую очередь.
И когда он спокоен, счастлив и напитан, то всё вокруг него становится лучше.
В Plife мы как раз про это. Не про тупое потребление, не о гедонизме и тем более не про инфантильность.
А о вкусе к жизни. Мы про мужчину, у которого есть и смысл, и удовольствие.
Потому что смысл без удовольствия становится бетонной плитой на груди. Да и откуда этот смысл вырастет, если тебе плевать на то, что ты положил в рот или на что смотришь.
Как и удовольствие без смысла – липкая карусель.
Мужчине нужно и то, и другое: глубина и вкус, жёсткие решения и хорошая рубашка, смелость на время утонуть в работе и вынырнуть из неё, завернув в стриптиз-клуб.
Ответственность и право сидеть у моря столько, сколько ему нужно, не объясняя каждому встречному, почему он ещё не умер на работе ради звания «настоящий мужик».
И именно это мы строим внутри Plife Club. Там собрались живые мужчины, которые не оправдываются за удовольствия. Они открытые, добрые, им не стыдно задать вопрос о брюках и поделиться фоткой своего завтрака.
Это мужчины с достоинством. Не альфа-клоуны, которые вместо личности носят громкость, обижены на мир и теперь называют это философией.
А сильные.
Которым фотка в спортзале никак не мешает создавать лучшую жизнь для своих близких и раскрашивать мир.
Настоящая мужская среда, на мой взгляд, не там, где все строят из себя железных дровосеков без сердца. А где сильный мужчина может быть живым, и его за это не будут подозревать в слабости.
Завтра мы откроем вход в Plife Club. В новый номер.
И да, мужчина имеет право сидеть на летнике и пить кофе.
Если у кого-то от этого рушится картина мира – то она была собрана из дешёвого картона и нам с ними не по пути.
