Наверное, было интересно сниматься в фильме Николаса Виндинга Рефна, одновременно обсуждая на расстоянии романтические отношения из «Club Kid».
Я помню, как сидел в своем отеле в Копенгагене, когда впервые поговорил с Джорданом по Zoom — это был двухчасовой разговор. Я помню это идеально, потому что это было лето в Дании, Копенгагене, и мне хотелось быть на улице, греться на солнце и наслаждаться послеполуденным отдыхом. А в итоге я проговорил с Джорданом несколько часов.
Это первый фильм Николаса за довольно долгое время. Вы были его поклонником до начала съемок?
Да. В то время я был в Мадриде, и мне только что позвонил мой агент: «Николас собирается снимать фильм, он хочет с тобой поговорить». Как ни странно, я только что закончил смотреть «Копенгагенского ковбоя» на Netflix с отцом, так что это было довольно странно — только что закончил его сериал и сразу же получил его звонок — своего рода судьба. Он сказал мне: «Ты должен прочитать сценарий. Где ты?» «Я в Мадриде». «Хорошо. Моя ассистентка завтра улетает. Она будет в Мадриде примерно завтра днем. Она даст тебе сценарий. У тебя два часа». Это было что-то вроде: «Если ты помешаешь выполнению этой миссии, это сообщение само себя уничтожит», как в фильме «Миссия невыполнима» (смеется). В буквальном смысле: его ассистентка прилетела в Мадрид, дала мне сценарий, и через два часа я его прочитал и вернул.
У него уникальный подход к работе. Что вы можете рассказать о процессе?
Было здорово работать с таким свободным человеком. Ник пишет сценарий так, чтобы объяснить своё видение другим, но фильм он создаёт в процессе работы. Мой персонаж должен был появиться в трёх-четырёх сценах — в итоге я остался в Копенгагене дольше. Я даже возвращался в Мадрид и Копенгаген, потому что Ник писал для моего персонажа ещё что-то. Он всё меняет во время съёмок, что порой довольно сбивает с толку, но с таким гением нужно отдаваться и смиряться.
Ещё один момент: всё было пронизано музыкой. Ник — фанат рок-н-ролла, и он руководит процессом с помощью музыки. Во время съёмок мы слушали Игги Попа, Suicide, The Cure и The Marvelettes. Для каждой сцены он выбирает песню, и мы слушаем её на повторе весь день. Ты погружаешься в какой-то транс… Он не искал чего-то вроде актёрской игры. Он ищет суть человека. Было очень весело работать с таким человеком, для которого важны не слова. Ему было совершенно всё равно на мой акцент или на то, как я произношу слова — это было для меня просто потрясающе. (Смеётся.)
Ваша главная партнёрша по фильму — Софи Тэтчер, исполнительница главной роли. Как вы поладили?
Опять же, у нас много общих музыкальных вкусов. Софи — королева панк-рока. Она что-то среднее между Хеленой Бонэм Картер и Ким Гордон, с небольшой примесью Патти Смит. Мой герой всегда рядом с ней, и мы сразу же подружились благодаря музыке. У неё есть этот взгляд, эта внутренняя глубина в выражении лица, по которой видно, что она глубокая личность. В ней смешана грусть и истинная радость. Не знаю, как это сказать — вне времени, скажу я. Это как песня The Cure. Я очень, очень ждал возможности поработать с ней.
Первая часть - о фильме Club Kid
Продолжение следует...
#интервью@diegocalvarus
